«...ибо мы больше верны прочитанному, чем старушечьим россказням...»

Iordan, Getica, 38

«...nos enim potius lectioni credimus quam fabulis anilibus consentimus...»

Iordan, Getica, 38

Полевой дневник

День шестнадцатый, или Вероломный народ росомонов

07 августа 2018 года

Из всех историй, коропотливо собранных в труде Иордана, особо врезается в память рассказ о «вероломных россомонах». Кто это такие и почему к ним употреблен такой эпитет? Иордан, явно симпатизирующий королю Германариху и многократно восхищающийся его могуществом, с таким пренебрежением пишет о росомонах, ибо именно им суждено было повлиять на историю готов. Итак, читаем в «Гетике»: «Вероломному же племени росомонов, которое в те времена служило ему [Германариху] в числе других племен, подвернулся тут случай повредить ему. Одну женщину из вышеназванного племени [росомонов], по имени Сунильда, за изменнический уход [от короля], ее мужа, король [Германарих], движимый гневом, приказал разорвать на части, привязав ее к диким коням и пустив их вскачь. Братья же ее, Сар и Аммий, мстя за смерть сестры, поразили его в бок мечом. Мучимый этой раной, король влачил жизнь больного» (Иордан, Гетика, 129-130). Многое в этой истории удивляет. И хладнокровие Иордана, в подробностях описывающего смерть несчастной супруги Германариха. И жестокость самого короля, так изощренно расправившейся со своей неверной женой. Но больше всего возникает вопросов. Была ли Сунильда единственной женой короля? Была ли его супругой по любви или просто пленницей? Любил ли Германарих Сунильду или же просто был собственником? С кем изменила Сунильда своему мужу? Был ли это лишь порыв страсти или это была любовь всей жизни, которой её лишил властный Германарих? Наблюдал ли он хладнокровно за казнью своей жены? Можем ли мы обвинять Сара и Аммия за их месть? При каких обстоятельствах они поразили мечом готского короля? Всё это определенно выглядит сюжетом захватывающего романа на извечную тему любви, ненависти и мести, ну или одной из серий «Игр престолов». Но справедливости ради нужно сказать, что история эта больше похоже на красивую легенду. Например, другой историк, в том числе описывавший историю готов – Аммиан Марцелин – нигде не упоминал об этой драме, а писал, что Германарих умер от старости. Да и с росомонами не все так гладко. Если, например, еще М.В. Ломоносов считал, что «росомоны» – это название славянского племени, то, скажем, современная иследовательница истории готов И.В. Зиньковская считает что никакого племени росомонов не существовало, ибо это слово на готском означает «слуга», то есть речь шла о придворных интригах. 
Но да что-то совсем мы увлеклись древнеготскими страстями, когда у нас и на раскопе своих страстей хватает. Хотя, сказать честно, сегодняшний день как раз не отличался чем-то особенным. На поселении практиканты, вместе с экспедиционниками, сантиметр за сантиметром, слой за слоем приближались к материку, а значит – и к окончанию работ на поселении в этом летнем полевом сезоне. Единственное, чем отличался этот день для ребят, так это тем, что сегодня они могли себя почувствовать настоящими археологами-лаборантами. Мы называем это «работа на зачетной траншее» - тогда практиканты берут в руки миллиметровку, планшеты и карандаши и старательно отмечают все находки со своих квадратов. Это – необходимая часть учебного процесса и она позволяет понимать, как же действует полевая археология. Впереди (возможно, завтра) их ожидает зарисовка стратиграфии, заполнение «Исследовательских листов практиканта». Но пока что главное – закончить траншею и выйти на контуры углубленного объекта.
На могильнике, как и вчера, работа велась в двух местах: на западных и южных секторах. На западных секторах уже который день трудятся наши новые друзья – школьники-«обереговцы». Ребята огромные молодцы! Любо-дорого посмотреть, как спориться у них в руках работа! А вот на южных секторах продолжалась расчистка того самого погребения 231, о котором нам очень не терпится вам рассказать, но пока что мы держим интригу. 
В общем-то достаточно буднично было в лагере: дрова-вода-держурство-камералка. Всё как всегда. Но в этой будничности есть свой плоюс – всегда можно с легкостью найти время на чтение Иордана. Итак, пораженный мечом мстивших за свою сестру двух росомонов Сара и Аммия на смертном одре находится Германарих. Не в результате боевой раны, полученной во время покорения новых народов, не от тяжелой болезни, а по причине любовных интриг. Скажем так, не самый достойный конец для  великого правителя... Но что же дальше? А дальше происходит катастрофа: «Узнав о несчастном его [Германариха] недуге, Баламбер, король гуннов, двинулся войной на ту часть [готов, которую составляли] остроготы; от них везеготы, следуя какому-то своему намерению, уже отделились. Между тем Германарих, престарелый и одряхлевший, страдал от раны и, не перенеся гуннских набегов, скончался на сто десятом году жизни. Смерть его дала гуннам возможность осилить тех готов, которые, как мы говорили, сидели на восточной стороне и назывались остроготами» (Иордан, Гетика, 130). Что ж, умирает Германарих, а вместе с ним, под стрелами гуннов, умирает и его «держава». Совсем скоро начнется новая эпоха в истории восточных готов – тех, кого мы изучаем. Но пока что, со смертью могущественного короля, для них наступает ночь. Такая же темная, как и та, что окутала сегодня наш археологический городок. Но завтра для нас наступит новый день исследований, а Иордан нам совсем скоро расскажет и о новой эпохе в истории готского народа.

------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Больше фотографий о нашей работе Вы можете посмотреть на нашем аккаунте Инстаграмм gsae_archeo.
Будем рады Вашим комментариям наших дневниковых засписей в Фэйсбуке.

Мы в социальных сетях: